Выставки

Коллекция Хайфского Художественного музея, послужившая основой данной выставки, раскрывает совершенно иные 1970-е годы — период насыщенной цветом масляной живописи, формы которой укоренены в зримом пространстве. Художники, чьи работы представлены здесь, внимательно наблюдали за локальным ландшафтом, изображая его и одновременно применяя уроки актуального тогда мирового искусства.

Выставка возникла в результате сотрудничества Лайлы Абд Эльразак и Даны Мазаль Зив — видео-художницы и композитора, которые в рамках “Инкубатора” искусства (“Теплицы для художников”) при Художественном музее Хайфы. Для своего проекта они пригласили носителей арабского языка из различных локальных сообществ поразмышлять о своих отношениях с родным языком.

Моше Роас интуитивно соединяет разнородные, на первый взгляд несоединимые материалы в скульптурное целое, находя точки равновесия между весом и фактурой, между верхом и низом, порождая тем самым новый материальный и визуальный концепт.
В результате продолжительного взаимодействия с музейной коллекцией марокканских предметов, отличающихся сочетанием величественности и мистицизма, Роас обращается к памяти мастеров прошлого — к традициям скульптурного ремесла, к труду и точности, вложенным в зрелищный орнамент, стремящийся подчинить материю и прикоснуться к возвышенному.

Будь то ценный артефакт или простой кусок ткани, любой предмет является вместилищем жизни, храня память о теле, которое его носило, и о руках, которые его создали. Телесное измерение присутствует в каждом объекте, представленном на выставке, и все экспонируемые произведения были созданы для человеческого тела. Впервые за более чем сорок лет выставка раскрывает сокровища материальной культуры марокканских евреев, хранящиеся в музее. Большинство этих предметов были переданы в Хайфский музей Этнологии в период с 1950 по 1970 год репатриантами из Марокко — преимущественно высококвалифицированными швеями и портными.

Постоянная экспозиция демонстрирует шедевры из коллекции Художественного музея Хайфы, которая охватывает более 8000 работ, отражая основные тенденции в истории местного искусства. Она охватывает работы с конца XIX века до наших дней, где лицо и топография взаимно отражаются, указывая на сходство между бороздами вспаханной земли и изборожденными лицами, между выжженной солнцем почвой и загорелой кожей, между потрескавшимся асфальтом и израненной плотью.